В поселке Ровное Генического округа Надежду Кулиш знают все. Кто-то — как фельдшера. Кто-то — как активистку и волонтера, чьи маскировочные сети укрывают бойцов на передовой. А кто-то — просто как соседку, у которой всегда найдется теплый хлеб и доброе слово. В День фельдшера Надежда Юрьевна рассказала ХАН о своей работе и том, почему остается в родном поселке.
Беда собирает всех
Ее детство пришлось на эпоху, которую сегодня она вспоминает как потерянный рай. «Самое яркое — это наша жизнь в Советском Союзе, — говорит Надежда Юрьевна. — Были искусственные водоемы, мясозавод, колбасный цех… Помню, приезжали с родителями, и мне выносили кусок теплого хлеба с вареной колбасой. Этого вкуса сейчас нет. Жили как одна большая семья — спокойно и беззаботно».
Наверное, именно из того детства выросло ее главное убеждение: поселок — не просто географическое понятие. Это состояние души. «Мы недавно с коллегами говорили о том, что в поселках люди — одна семья. У нас даже дети другие. Они знают, как относиться к тем, кто слабее. В городе такого нет, там каждый сам по себе. А здесь, если случилась беда, собирается все село. Человечность — она только у нас, в поселках».
Эту человечность ей пришлось проявить сполна весной 2022 года. Когда жизнь в Ровном круто переменилась, Надежда осталась на месте. Даже мысли не возникло уехать. «Страха не было, — вспоминает она буднично. — В первый день испугалась, как любая мать, за детей. Но об отъезде не думали. Мы ждали Россию. Это моя земля. И потом, в поселке живут люди, которые ждут моей помощи».
Работа не изменилась — люди болеют при любых обстоятельства. Но изменилось отношение. Надежда стала для своих пациентов не просто медиком, а проводником в новую реальность. Люди боялись: боялись ехать в больницы, боялись российских лекарств. И фельдшеру приходилось быть и психологом, и дипломатом. «Я всегда говорила: мы, медики, вне политики. Просто доносила: в России медицина бесплатная, вас никто не травит. Россия вернулась с благом».
В горе и радости
А потом в поселок передали новую машину скорой помощи. «Когда я ее открыла, у меня мурашки по коже пошли от радости. При Украине мы ездили на развалюхах — кривых, без печек, после того как они отслужили свое в Херсоне. А тут — всё новое, укомплектованное. Я впервые почувствовала себя настоящим фельдшером, а не отбросом».
Но даже самая лучшая машина не защитит от того, с чем медик сталкивается каждый день. «Самое страшное — смерть ребенка на вызове, — голос Надежды становится тише. — Тринадцать лет в реанимации, десять на скорой… К этому не привыкнуть. Когда в ДТП привозят разбитых детей, и они умирают у тебя на руках». Она замолкает на секунду, но тут же добавляет, словно хватаясь за спасательный круг: «Но есть и другой адреналин. Когда принимаешь здорового кричащего новорожденного в машине — вот от этого я заряжаюсь. Это ни с чем не сравнить».
Недавно был вызов к женщине, у которой сын умер на территории Украины. «Она понимала, что не может поехать на похороны. Давление зашкаливало, истерика. Я почти час просто говорила с ней. Лекарств не дала — только слова. Сын не вернется, а жить надо. Договорились». Для Надежды это норма работы: приехать, нырнуть в чужую беду с головой, а выйдя за дверь, очиститься — и ехать в другую жизнь.
«В честь меня назвали ребенка»
Но не работой единой жива Надежда Кулиш. Вместе с сестрой Еленой она создала волонтерское движение «Дружба». Все началось с московской командировки сестры: увидела, как плетут сети и льют свечи, и загорелась. Муж смастерил станки, родители-пенсионеры выделили первые деньги на материалы.
«Пошли слухи, люди стали помогать. Теперь мы собираемся по вечерам, после работы, на час-полтора. Сплетем сеть — сразу приезжают ребята, забирают. Говорят, наши сети — самые крутые, просят еще, — хвастается она. — Ребята эти сети разрезают и надевают. Понимаешь, что эта сетка может прикрыть группу пацанов, и они останутся живы. Это дорогого стоит».
Ребята с передовой иногда спрашивают: что вы хотите за сети? «Ничего, — отвечает Надежда. — Это безвозмездно». И в ответ слышит такое «спасибо», что забываются все трудности.
Самой ценной наградой в своей жизни она считает не медаль за организацию референдума, не благодарности от начальства. «В честь меня назвали ребенка. Девочку Надеждой. Была зима, везли роженицу в роддом по страшным ямам. Я ее поддерживала, грела, разговаривала. Она родила уже в больнице, но запомнила этот момент. И назвала дочь в мою честь. Вот это мой самый главный знак отличия».
В свободное время, которого почти нет, Надежда поет русские народные песни в женском ансамбле при Доме культуры. «Для меня отдых — это смена деятельности. Волонтерство, ансамбль… Я не могу сидеть на месте. Три дня домашней работы утомляют больше, чем смена на скорой».
А дома — 16 соток огорода, помидоры, огурцы, птица. «В селе легче выжить, чем в городе. Здесь земля кормит».
Заповеди доктора
Глядя в будущее, Надежда мечтает об одном: чтобы в Ровном появилась работа, чтобы молодежь не уезжала. «Не будет врачей и учителей — умрет село. А у нас есть все: школа, садик, ДК, свободное жилье. Приезжайте! — улыбается она. — Я всех заманю, помогу, поддержу».
И напоследок, как завет, просит передать всем землякам и не только: «В этом жестоком мире главное — оставаться людьми. Три заповеди: относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе; не осуждай; не убий. Необязательно ходить в церковь и бить поклоны. Просто исполняйте это. Тогда все будет хорошо везде».
…У нее есть мечта. На один день забыть обо всем, выключить телефон и оказаться в лесу на берегу реки или в Крыму на море. Чтобы никто не звонил, не вызывал. Но она тут же смеется: «Даже если сотрут память, все равно буду переживать: а как там без меня?».
Потому что без нее никак. Ни в Ровном, ни на передовой, ни в сердцах тех, кого она спасла, выслушала или просто согрела словом. На таких женщинах, как Надежда Кулиш, и стоит Херсонская область. Да и не только она.